- Кто же это такой ползет? - спросил было Петр Семена, но тут же увидел сам: от скалы, медленно извиваясь и приподняв голову, ползла змея, серая с желтизной, толстая - в руку толщиной, на вид аршин двух.

- Что это? Гадюка?.. Страсть боюсь! - откачнулся Петр.

Он сидел на корточках, по-татарски, но приготовился уже вскочить. А Семен орлоглавый только поглядел на змею и проворно стал доставать и закладывать в двустволку патроны.

- За-чем? - испугался чабан. - Э-это... он-о-о... наш один собака!..

- Полоз! - сказал молодой, смеясь. - Гадюка - вредная, этот - нет!..

- Ну, раз вам он известный... - успокоился Петр и принялся разглядывать змею без опаски.

Семен, заложивши патроны, все еще стоял, но сказавши:

- Это - желтобрюх... Здоровый... Я таких не видал! - тоже сел.

- Смотри! - радостно выкрикнул подпасок и, выхватив скворца из рук старого чабана, подбросил его несколько раз, как мяч, в виду полоза и бросил в сторону от стада.

Скворец, должно быть, ушибся, потому что лежал не шевелясь, темным комочком, а полоз повернул в его сторону голову и оживился вдруг чрезвычайно. Он торчком поставил хвост и стал водить им, точь-в-точь как кошка, а когда скворец очнулся, наконец, и запрыгал, трепеща голыми крылышками, полоз бросился за ним, как раскрученная пружина.

- Ужли ж догонит? - вскрикнул Петр.

- О-о!.. Он догонит! - засиял молодой чабан, а старый только качнул головой, не открывая рта.

Скворец прыгал, полоз вился за ним, и Петр видел, что он нагоняет. Скворец кинулся было вбок, но все длинное толстое тело полоза ринулось вдруг в ту же сторону, подбросилось будто в воздухе и остановилось.

- Готово! - сверкнул молодой чабан, а старый добавил:

- Сичас... он-о... кушай будет! - и дотронулся дружелюбно пальцем до Петрова колена.

- Смотри ты, что делается! - обернулся Петр к Семену, но тот отозвался снисходительно: