«Мы не можем торговать, не ведя войны, точно так же, как невозможна война без торговли». Эту циничную фразу отчеканил в XVII веке Ян Питерсон Коен, один из руководителей легендарной голландской Ост-Индской компании. То были времена первой глобализации, когда никто особенно не стеснялся называть вещи своими именами, а стремление к максимальной прибыли не требовалось прикрывать гуманистическими лозунгами и обещанием всеобщего блага.

«Мы не можем торговать, не ведя войны, точно так же, как невозможна война без торговли». Эту циничную фразу отчеканил в XVII веке Ян Питерсон Коен, один из руководителей легендарной голландской Ост-Индской компании.

То были времена первой глобализации, когда никто особенно не стеснялся называть вещи своими именами, а стремление к максимальной прибыли не требовалось прикрывать гуманистическими лозунгами и обещанием всеобщего блага.

На рубеже XIX и ХХ веков, когда планета переживала вторую глобализацию, господствующие настроения были совершенно иными. Большая война между цивилизованными странами сейчас совершенно невозможна, рассуждали официальные философы и газетные мыслители. Откуда может взяться столкновение между государствами, если их экономики сегодня так взаимосвязаны! И вообще совершенно очевидно, что торговать выгоднее, чем воевать.

Третья глобализация, наступившая в 1990-е годы, даже не удосужилась выработать новые идеи и лозунги. Публицисты нашего поколения лишь добросовестно копировали и пересказывали мысли своих предшественников, делая вид, будто не замечают, что в промежутке между второй и третьей глобализацией каким-то образом случились две мировые войны, русская революция, формирование и распад коммунистической системы. Все это - не более чем зигзаг истории, которая теперь беспрепятственно пойдет по основной и единственно правильной колее.