На самом деле срабатывает эффект «сарафанного радио»: несчастненькие номер раз и номер два оповещают своих товарок, те передают по цепочке — и вскоре «звуковая волна», как при падении гигантского метеорита, обходит мир. Ты становишься центром внимания — но не как отдельный человек с отдельной проблемой, а как еще одно большое ухо. Для теток, которым жизненно важен каждый слушатель, это объект чрезвычайно привлекательный. И все они, певицы одной песни, налетят оравой, дабы насладиться новой аудиторией. Роль аудитории, как понимаешь, с почетом будет предоставлена тебе — даже вопреки твоей воле. Кстати, что касается сопротивления: акулы, курирующие темные моря невезения, воспримут любые попытки отлынивать от «тесного общения» как нечто… несущественное. То есть просто-напросто не среагируют ни на скучающую мину, ни на демонстративное хрустение пальцами, копание в носу и раздирающую зевоту. Им неважно, как их слушают. Важен сам факт — вот она, еще одна голова с ушами. Можно отлить, пардон, слить свой отстой.

Твое несчастье для рыщущих баб — всего лишь предлог, благодаря которому они могут навязывать себя и проводить свой досуг в «обстановке теплоты и взаимопонимания» (хотя, разумеется, никакого понимания здесь нет и в помине). Также подобную категорию населения живо интересует вопрос пополнения своих рядов «униженных и оскорбленных». Залучить новую душу (и в буквальном, и в бюрократическом смысле) — неплохой профит! Вот тебя и осаждают, окружают, заполняют твое время ритуальными песнопениями… И вскоре вокруг тебя вьются «рой за роем» одни только тетеньки, обиженные на несовершенство мироздания. Ты совершенно бесследно «выпадаешь» из мира нормальных людей. Вокруг твоей персоны формируется замкнутая система, состоящая из однотипных особей с одинаковыми проблемами. Взглянешь в окно — а «мир таков, что и стесняться нечего». Кстати, многие в аналогичной обстановке испытывают немалое облегчение и постепенно начинают мимикрировать под среду. Среду профессиональных неудачниц.