- Ты уверен, что сказал мне правду? - спрашиваю спокойно. Он быстро кивает.

- Всо как эст! Мамой клянус! - заверяет он.

Думаю, врать ему не было смысла - как-никак спасал свою шкуру. Поэтому и заложил своих друзей. Ударом ноги в горло вырубаю рассказчика. Поднимаю с дивана небольшую подушку-думку и, прижав ее к стволу пистолета, нажимаю на курок. Хлопок, клацает затвор, на пол летит горячая гильза. На лбу у зверька, чуть выше его правой брови, появляется темная кровавая дырочка. Пуля ушла в толстую спинку дивана, забрызгав обивку кровью и мозгами на выходе из черепа. Вот и не стало еще одного хозяина... А может, и не он хозяин этого гадюшника? Впрочем, какая мне разница. Главное, он рассказал все, что от него требовалось.

Иду к выходу. Гильзу не подбираю - в данном случае это ни к чему. Топот ног по коридору заставляет меня остановиться. Черт! Прячусь за угол офисного стеклянного шкафа. Дверь открывается, и в кабинет вваливаются трое. Эти джигиты удивительно быстро оценивают ситуацию. Увидев убитого, они выдергивают пистолеты из-под темных, мешками на них висящих пиджаков. И все-таки мальчики опоздали - удары "макаровских" пуль уже отбрасывают их на стены кабинета.

Разряжаю всю обойму. Бросаю "ижак" и подбираю с пола выпавший из руки одного из бойцов "стечкин" с глушителем. Шмонаю карманы хозяина АПСБ - отлично, еще две полные обоймы к пистолету.

Нашумел я тут изрядно, и скоро, по всей видимости, начнется концерт... В помещении густо воняет сгоревшим порохом и свежей кровью. Стволом "стечкина" подцепив с одного из трупов чудом не свалившуюся кепку, выхожу в коридор. Нахлобучиваю кепарь козырьком на глаза.

В коридоре толпятся какие-то мужики и тетки из обслуги. Вскидываю в их сторону пистолет, внушительно удлиненный бочонком глушителя: