- Нет, что вы, не стоит... - возражает он и, пошарив по карманам, вытаскивает сигареты.

- Опера всегда ходят голодные, - смеюсь я и приготавливаю ему такую же яичницу с колбасой, как и себе недавно.

- Хмурый... - вдруг роняет опер у меня за спиной.

Я не оборачиваюсь, услышав свою кличку, и не напрягаюсь.

- Что вы сказали? - спрашиваю его как ни в чем не бывало, перекладывая яичницу со сковородки в тарелку и одновременно приглядывая за кофейником.

- Нет... Я так... Ничего... - говорит опер. Похоже, пронесло.

Снимаю с плиты кофейник и наливаю капитану кофе.

- Сейчас подзаправитесь, - подмигиваю ему.

Опер кисло улыбается, отложив сигарету в пепельницу и беря чашку двумя руками.

- У вас здесь все в порядке? - спрашивает он, наклонившись к чашке и косясь на меня исподлобья.

- Пока все нормально, - отвечаю. - Навестили Владимира Андреевича, потом я по вашему совету отвез Олю в безопасное место - к сестре жены полковника. Теперь вот сторожу дом...

Капитан рассеянно кивает.

- Я рад, что пока все хорошо, - бубнит он, думая о чем-то своем. Взгляд у него какой-то отсутствующий.

- Сейчас я вам сделаю салат из огурчиков и помидорчиков, - обещаю ему, открывая холодильник.

- Спасибо большое. И так достаточно... - вяло возражает опер.

- Ничего - стерпите. Витамины никому еще не вредили... - говорю, доставая овощи из холодильника. - Жаль, нет укропа...

- Спасибо. - Капитан, вооружившись ножом и вилкой, принимается за еду.

Быстро приготовив салат, заливаю его сметаной.

Пододвигаю открытую хлебницу.

- Очень вкусно. Спасибо, - благодарит полицейский, уплетая за обе щеки. - У вас странные шрамы на груди и спине. Это откуда? - спрашивает он как бы между прочим.

Черт! Я не успел накинуть рубашку и разгуливал перед ним в одних брюках и тапочках.

- А, ерунда, - бросаю небрежно и выхожу в другую комнату - одеться. Шрамов у меня действительно хватает: два - от пуль и четыре резаных - от тесаков. У каждой отметины - своя история, но обо всем этом пока необходимо забыть. Одевшись, возвращаюсь в кухню.