- Держать строй! - крикнул сержант Уильямс.

Французский авангард осторожно приближался к мосту: около сотни всадников на измученных лошадях. Применять кавалерию в горах при такой погоде было безумием, но император приказал догнать и уничтожить британскую армию. Это означало, что лошадей будут сечь до смерти. Копыта были замотаны в тряпки, чтобы кони меньше скользили.

- Стрелки! Примкнуть штыки! - скомандовал Даннет.

Солдаты вытащили из ножен длинные штыки и закрепили их на стволах заряженных винтовок. Команда была излишней, так как французы, похоже, не собирались больше атаковать. Тем не менее устав требовал вести бой с кавалерией при примкнутых штыках, и Даннет решил подстраховаться.

Капитан Мюррей вытер влагу с лезвия тяжелого кавалерийского палаша, который, как и ружье лейтенанта, считался причудой. Пехотным офицерам полагалась легкая изогнутая сабля, но Мюррей носил прямой палаш, одним весом способный проломить человеческий череп.

Драгуны спешились и выстроились в ломаную линию, протянувшуюся далеко по обе стороны моста.

- А они не шутят, - пробормотал капитан и нервно оглянулся, в надежде увидеть британскую кавалерию.

- Отступать поротно, - крикнул майор Даннет. - Джонни, отводи своих.

- Пятьдесят шагов, марш!

Две роты капитана Мюррея отошли на пятьдесят шагов и образовали новую линию обороны.

- Первому ряду приготовиться к стрельбе с колена! - приказал Мюррей.

- Все бежим, - проворчал стрелок Харпер. Гигант ирландец славился непокорным характером. У него было широкое, плоское лицо с песочного цвета бровями, сейчас покрытыми белой изморозью. - Нет чтобы передушить этих тварей. Представить только, сколько жратвы у них в ранцах! - Он тоже обернулся на запад. - Где, будь она проклята, наша кавалерия?

- Молчать! Смотреть вперед! - резко скомандовал лейтенант.