Тем временем 20 июня на линии немецких коммуникаций как гром обрушивается удар белорусских партизан: в одну ночь тысячи зарядов тротила сокрушают мосты, скручивают железнодорожные пути. Одновременно две тысячи бомбардировщиков атакуют узлы коммуникаций по берегам Балтики, а также Белосток и Брест. В течение четырех дней, с 21 по 24 июня, пять фронтов, треть советских армий, переходят в наступление. Как опытный рыбак, точно забросив сеть, добывает целый косяк рыбы, так и советское командование закрывает котлы: 25 июня — западнее Витебска; 27 июня — под Бобруйском; 3 июля — под Минском. В них бьется тридцать немецких дивизий, то есть в полтора раза больше, чем действует на всем итальянском фронте. Ни одна из этих дивизий уже не найдет пути к отступлению. Счастливыми считаются те, кто, подобно 45-й пехотной дивизии, сумеет собрать хоть тысячу человек из своего состава под Столбцами, где назначен сборный пункт остатков 9-й армии.

Тем временем советские передовые танковые части численностью в 4 тысячи танков стремительно продвигаются на запад, прорывая линии обороны раньше, чем противник успевает укреплять их. Наступление поддерживают 5300 самолетов, 24 тысячи орудий и минометов. В течение двух недель враг теряет 200—250 километров пространства, советские дивизии доходят до Двинска, Вильнюса и Барановичей. Белорусская операция дала результаты, каких не ожидали: правое крыло наступающих молниеносно реализовало программу, предусмотренную на всю летнюю кампанию, и теперь перед ним брешь шириной в 400 километров, где только на отдельных участках немцы еще продолжают оказывать сопротивление. 4 июля фронты, принимающие участие в наступлении, получают от Верховного Главнокомандования новые, дополнительные задания: выйти к берегам Рижского залива, овладеть Каунасом, достичь рек Бебжа и Нарев.