Дополнительность Бора обвиняли в том, что она субъективистична. Если мир состоит из субъектов и объектов, и если Бор говорит, что свойства атома не присутствуют в объектах, значит, Бор говорит, что свойства атома присутствуют в субъекте. Однако если наука и не может чем-то быть — она не может быть субъективной. Нельзя всерьез утверждать, что вся наука располагается у вас в голове. Однако в своих ранних работах по дополнительности Бор, казалось, именно это и утверждал (Фолзе, 24). Он пытался вычислять проблему в квантовой физике, а не просто жонглировать кучей философских категорий, и Генри Фолзе говорит, что ему, казалось, не приходило в голову, каким может оказаться значение этого. В своем первом докладе по дополнительности Бор не упоминал объективность и в действительности допускал грубую ошибку, называя свою дополнительность субъективной. Также он говорил о научном наблюдении как о «возмущении явления», а это предполагало, что он говорит либо о мыслях, возмущающих объекты, или же о том, что явления субъективны.

При условии таких нападок на его субъективность, можно видеть, почему Бор разработал концепции «феноменального объекта» и «визуального объекта» независимыми от субъекта на рисунке, который я вам только что показал. Он находился под постоянным давлением — доказать, что то, о чем он говорит, не субъективно.