О том заходит, чей святой

Своею жизнию земной

И боле славы заслужил

И боле небу угодил?

VIII

"Святая Гильда (говорят

Монахини из Витби) вряд

Отдаст ли первенство кому!

Известна ж боле потому

Ее обитель с давних дней,

Что три барона знатных ей

Служить вассалами должны;

Угодницей осуждены

Когда-то были Брюс, Герберт

И Перси; суд сей был простерт

На их потомство до конца

Всего их рода: чернеца

Они дерзнули умертвить.

С тех пор должны к нам приходить

Три старших в роде каждый год

В день вознесенья, и народ

Тут видит, как игумен их

Становит рядом у честных

Мощей угодницы святой,

Как над склоненной их главой

Прочтет псалом, как наконец

С словами: _все простил чернец!_

Им разрешение дает;

Тогда _аминь!_ гласит народ.

К нам повесть древняя дошла

О том, как некогда жила

У нас саксонская княжна,

Как наша вся была полна

Округа ядовитых змей,

Как Гильда, вняв мольбам своей

Любимицы святой княжны,

Явилась, как превращены

Все змеи в камень, как с тех пор

Находят в недре наших гор

Окаменелых много змей.

Еще же древность нам об ней

Сказание передала:

Как раз во гневе прокляла

Она пролетных журавлей

И как с тех пор до наших дней,

Едва на Витби налетит

Журавль, застонет, закричит,

Перевернется, упадет

И чудной смертью отдает

Угоднице блаженной честь".

IX

"А наш Кутберт? Не перечесть

Его чудес. Теперь покой

Нашел уж гроб его святой;

Но прежде... что он претерпел!

От датских хищников сгорел

Линдфарн, приют с давнишних дней

Честн_ы_х угодника мощей;

Монахи гроб его спасли