Телеграмма эта и послужила основанием для легенды о том, что король Георг предложил убежище Императору Николаю, тогда как, по утверждению Милюкова, является «бесспорным фактом, что инициатива предложения исходила от Времен. Прав.» («Кто виноват?» – по поводу доклада Коковцева. «Посл. Нов.» 36 г.). Одну легенду Милюков заменил другой. Об инициативе ген. Вильямса мы знаем из им самим записанных бесед в Ставке 6 марта с императрицей Марией Феодоровной и вел. кн. Александром Михайловичем. Запись была передана Алексееву. По мнению Марии Феодоровны, «главным образом в данное время предстоит решить вопрос об отъезде государя, который отказывается ехать куда бы то ни было без государыни». Вильямс сказал, что телеграфировал уже в Лондон, но М. Ф. беспокоил вопрос о морском путешествии, и она, по впечатлению собеседника, предпочитала бы, чтобы «Его Величество поехал в Данию». Вел. кн. Александр Михайлович выразил опасение, что «какие-либо революционеры могут задержать поезд или оказать какие-нибудь затруднения» в дороге… Я сообщил ему… что мы, военные представители союзников, готовы сопровождать Государя до Царского Села… Великий князь сказал… что это является необходимым, и настаивал весьма энергично, чтобы я настоял на этом даже против желания Его Величества». Генерал обещал телеграфировать своему послу. В заключение Вильямс посоветовал великим князьям обратиться к народу с манифестом о признании нового правительства в целях обеспечения продолжения войны. (Совсем не практический совет – сделал отметку Алексеев.)