— Ничего особенного. Наверно, перчатки. У каждого по паре. Африканер подозрительно покосился на Картера, но тот только ухмыльнулся и сказал:

— Сейчас все увидишь.

— Ты уже видел такое?

— Ну да. Раз шесть или семь. Точно не помню. В последний раз парень выбрал мачете.

Африканер помолчал, глядя на одинокую фигуру на арене, затем спросил:

— А если он победит?

— Этот? — Картер уставился на сигарету, изображая напряженную работу мысли. — Он, конечно, парень крутой… Хочешь на него поставить? Ну, если по маленькой…

— По маленькой? — Африканер был явно недоволен. — Ты видел это уже семь раз. — Нашел дурака. Нет, ты мне скажи без фокусов — а что, если этот парень победит?

Картер молча провел пальцем себе по горлу и захрипел.

Африканер кивнул, потом нахмурился.

— Но как же тогда им удается заставить его сражаться, если ему все равно хана?

— Он может и не воевать, — ответил Картер. — Если он сдрейфит, его просто отправят следующим же самолетом.

Картер описал рукой полукруг между севером и востоком. — Туда, где у них обретается большое начальство. Сильные мира сего. А где именно, я не знаю и знать не хочу. И вообще это вопрос, который лучше, парень, не задавать, если не хочешь неприятностей.

— Ладно. Неважно куда. Просто его сажают на самолет, и, выходит, привет. Но что с ним будут делать?

— Поработает морской свинкой, — сказал Картер и снял с языка табачную крошку. — Ты же знаешь, что такое эти хреновы врачи! Они всюду одинаковы. Им вечно надо что-то там проверить на подопытных кроликах…

— Например?

— Ну, мало ли что. Нервный газ… Или хочется понять, сколько ты проживешь, если у тебя вынуть печень и взамен вставить собачью. Научные исследования… За все это время только один тип выбрал самолет. Потом Либманн рассказывал, что ему вскрыли черепушку и стали совать в башку иголки.

— Это еще зачем?

— Им надо было чего-то там понять, — не без раздражения отозвался Картер. — Как действуют наши мозги. Уколют в одном месте, человек смеется, уколют в другом месте, человек рыдает или требует жрать. Или хочет бабу.