- Никакого разрыва не было. У меня просто закончился срок контракта. Я получил свой гонорар и уехал.

- И тем не менее ходят слухи о некоем скандале, предшествовавшем вашему отъезду...

- Но об этой истории люди из заинтересованной организации наверняка уже сообщили своему начальству в надлежащих подробностях, свидетелей той бурной дискуссии было немало...

- Но хотелось бы услышать вашу версию.

- Пожалуйста: на совещании военных советников и командиров я заявил, что пока в Анголе находятся кубинские военные части, УНИТА не победит. Следовательно, нужно усилить нападения на кубинцев, чтобы их существование в Анголе стало предельно тяжелым, почти невозможным. Для этого необходимо все действия вооруженных сил УНИТА направить против кубинской армии, отказавшись от других подрывных операций. И вообще - бессмысленно минировать пастушьи тропы, взрывать сельские электростанции и сжигать трактора. Это только озлобляет население и настраивает его против УНИТА. После этих слов начался страшный крик. Меня обвинили в пораженческих настроениях и во вражеской пропаганде. Причем громче всех кричали те, кто предпочитает не связываться с парнями Кастро, но с горячим порывом души грабит сельские школы.

- Как реагировал Савимби?

- Генерал Савимби ждал, кто кого переорет. Насколько я знаю, своего мнения он не высказал, но его окружение настроено решительно против меня. Не все, конечно. Некоторые военные советники со мной согласны. Но на деньги ЦРУ в Анголе кормится достаточно много бесполезных людей, в том числе и в штабе УНИТА.

- Вы можете все это изложить письменно?

- А у вас, что, нет с собой магнитофона?

- Доклад с вашей подписью в любом случае будет более весом...

- Я не буду ничего излагать письменно и подписывать.

- Вы отказываетесь от своих слов?