"Клюнул, - радовался я. - Теперь надолго забудет про свою пещеру. Давай, давай, брат! Над этим хитроумным механизмом уже многие ломали головы..."

Но вскоре им овладела новая мания: начал требовать у меня образцы посуды и обломки обожженных кирпичей для каких-то анализов.

- Да зачем тебе это нужно? Что ты собираешься с ними делать?

- Совершенствовать метод палеомагнетизма.

Возражать против этого было трудно. Метод палеомагнетизма, разработанный за последние годы физиками, сильно облегчил нам, археологам, датировку находок. Колдуя со своими хитрыми приборами над черепками глиняной посуды, они ухитрялись узнавать, каким было магнитное поле Земли в то время, когда эта посуда обжигалась в гончарной печи. А потом, пользуясь сложными графиками и диаграммами, на основе этих данных довольно точно определяли время изготовления посуды.

Почти для каждого найденного образца я на всякий случай подбирал и дубликаты. Но все равно расставаться с ними не хотелось: мало ли что может случиться?..

А Михаил был неумолим:

- Давай, давай, не жадничай! Для тебя же стараюсь.

Но через несколько дней пришел конец его отпуску, телеграммой досрочно вызвали в Москву.

Он увозил с собой целый ящик обгорелых кирпичей.

- Куда тебе столько? - спросил я. - Дом можно построить.

- Есть у меня одна идейка, - туманно сказал Михаил, - но пока молчок.

Любит он напускать таинственность!

На следующий день произошло такое событие, что я забыл обо всём на свете, кроме работы.

С утра всё шло как обычно. Уже вторую неделю мы вели раскопки бокового придела храма. Постепенно расчищался последний угол небольшой каморки, видимо служившей прибежищем кому-то из храмовых служителей-рабов. Тут трудно было рассчитывать обнаружить даже остатки нехитрой домашней утвари. Какое имущество могло быть у раба?