Сама Мэри Роджерс, красивая брюнетка, серьезная и добродушная, что не мешало ей быть весьма чувствительной, удивилась и даже смутилась при виде такой надменности, хотя и была старше Сюзи на два года. Впрочем, неловкость эта скоро прошла. Когда они покатили по дороге и клубы пыли укрыли их от посторонних глаз тактичный Педро маячил где-то в отдалении, - Сюзи бросила вожжи, схватила свою спутницу за локоть и произнесла трагическим тоном:

- От него пришло известие: он едет сюда!

- Кто?

Быть может, Сюзи больно уколола мысль, что ее испытанная наперсница уже перестала ею интересоваться - ведь они пробыли в разлуке почти две недели.

- Кто? - повторила она, со злостью дернув Мэри за руку. - Да Кларенс Брант, конечно!

- Что ты говоришь! - рассеянно сказала Мэри.

Тем не менее Сюзи продолжала с необыкновенной быстротой, словно желая хоть чем-то возместить равнодушие приятельницы:

- Нет, ты даже представить себе не можешь! Ни за что! Даже я, я сама, когда мама мне это сказала, чуть было не упала в обморок - а ведь тогда бы все раскрылось!

- Но послушай, - все еще недоумевала наперсница. - Я думала, что это давно кончилось. Вы же не виделись и не переписывались с тех пор, как ты случайно встретила его в Санта-Кларе два года назад?

Глаза Сюзи метнули в Мэри синюю молнию, исполненную чрезвычайной, хотя и загадочной многозначительности, а потом старательно потупились. Мэри Роджерс все же не усомнилась, что Сюзи не видела Кларенса с тех самых пор, но тем не менее немедленно и даже с приятным трепетом уверовала в тайную переписку, на которую ей так искусно намекнули. Юная дружба всегда доверчива.

- Мама, разумеется, ничего об этом не знает, и одно твое или его неосторожное слово погубит все, - тяжело дыша, продолжала Сюзи.