В любом случае сердце не разрывается, нет ни ревности, ни открытой дискриминации. Жизнь – и любовь – предельно просты.
Подобное отношение, видимо, свойственно всем примитивным народам. Благонамеренные миссионеры и исследователи рассказывают аборигенам слаборазвитых стран упрошенные великие любовные истории цивилизованного мира.
О чем бы ни шла речь – о детской прелести Золушки, о трагедии Ромео и Джульетты, о страданиях Данте и Беатриче, – все вызывает у слушателей одну эмоциональную реакцию: смех.
И все же столь практичное отношение к занятиям любовью вполне может свидетельствовать о высоком продвижении по лестнице эволюции изученных на протяжении последних ста лет представителей далеких племен, бесконечно более цивилизованных, чем доисторический человек. Что, например, знали о любви наши предки в темные времена неолита?
На определенной стадии эволюции некий интеллектуал обнаружил связь секса с рождением. Возможно, для этого пришлось ждать, когда придет пора отлова и содержания животных – мелких, с коротким сроком беременности. Или кто-нибудь поумнее других заметил, пристально наблюдая за стадом, что в результате спаривания самца и самки рождается малыш, а если держать их отдельно, самка остается бесплодной.
Это был важный шаг, ибо даже в нынешние времена существуют полинезийские племена, не видящие никакой связи между совокуплением и рождением. Одно – приятное занятие, другое – чудо.
Понимание секса как чуда, необходимого и неотъемлемого от жизни, намного повышало его значение, которое для воина племени сводится к вопросу «чем заняться после обеда».