Дуайт улыбнулся своему отражению, обнаружив мальчишескую щербинку между зубами. Чуточку румян — это делало его похожим на возбужденного молоденького парнишку.

Он полагал, что должен выглядеть лет на двадцать пять моложе.

Джимми имел представление об их запросах.

Он замерз, но согреться не пытался. Это испортило бы позу. И вообще он крутой парень. Поэтому руки его прижаты к бокам; в одной из них, между большим и указательным пальцами, он держал сигарету — оранжевый огонек. Сколько ребят из пригородов сидели по домам с женами и детишками. Они смотрели Индиану Джонса

— Тебе здесь не слишком холодно, малыш?

От звука девичьего голоса Джимми вздрогнул. Мирэнда. Сегодня вечером она надела черный котелок, черную, не по размеру просторную фуфайку, брюки цвета хаки, черные гетры и армейские ботинки. Господи!

На ее губах играла улыбка, будто ее что-то забавляло.

— Разве тебе, малыш, не пора домой, в постельку? Небось твоя мама уже приготовила какао и «Ореос»

— Давай-ка вали отсюда, оставь меня в покое. Я здесь на работе.

Мирэнда взглянула сочувственно:

— Что, неудачный вечерок?

Она сняла свой котелок и провела рукой по коротко остриженным рыжим волосам, так что они встали дыбом.

— Все из-за того, что ты, шлюха, торчишь тут и загораживаешь пейзаж.

Мирэнда покачала головой.

— Вижу, мы сегодня не в духе. — Она удалилась, покачивая бедрами и размахивая сумкой.

— Эй! — Джимми, сделав последнюю затяжку, отшвырнул сигарету в канаву.

Мирэнда остановилась, повернулась, чуть склонив голову.

— Я подумала, ты не хочешь, чтобы тебе мешали.

Джимми протянул к ней руки.

— Увидимся попозже, вечером?