Наиболее же показательным проявлением общих черт в различных направлениях и временных срезах космического мировоззрения являются представления о Земле и Небе. Небо на протяжении многих веков и тысячелетий вообще выступало синонимом Космоса -- и в бытовом, и в философском и в научном плане. Античные и средневековые космологические трактаты долгое время традиционно именовались "О небе" -- по образцу главного труда Аристотеля, посвященного астрономии.

Но сначала скажем, что мы называем небом и в скольких значениях употребляем [это слово], дабы предмет нашего исследования стал для нас яснее. В одном смысле мы называем небом субстанцию крайней сферы Вселенной или естественное тело, находящееся в крайней сфере Вселенной, ибо мы имеем обыкновение называть небом прежде всего крайний предел и верх [Вселенной], где, как мы полагаем, помещаются все божественные существа. В другом смысле -- тело, которое непосредственно примыкает к крайней сфере Вселенной и в котором помещаются Луна, Солнце и некоторые из звезд, ибо о них мы также говорим, что они "на небе". А еще в одном смысле мы называем Небом [все] тело, объемлемое крайней сферой, ибо мы имеем обыкновение называть Небом [мировое] Целое и Вселенную. Одновременно ясно, что вне Неба равным образом нет ни места, ни пустоты, ни времени...

Аристотель. О Небе.

Традиция сохранялась на протяжении всей истории развития науки. Классический трактат Иммануила Канта, который увидел свет в 1755 году и дал толчок космогоническим исследованиям на собственно научном уровне, именовался "Всеобщая естественная история и теория неба". А в прошлом веке крупнейший французский ученый и популяризатор науки Камиль Фламмарион (1842--1925) озаглавил один из наиболее известных своих астрономических трудов "История неба".

Земля также всегда считалась важнейшим и равноправным партнером Неба.