Говоря об этом окружении, нельзя не упомянуть о свекрови Нефертити – матери Эхнатона. Царица Тэйе была не только супругой, но и полноправной соправительницей Аменхотепа III. Она даже сама устраивала побочные браки фараона с чужеземными царевнами, пополняя и царский гарем, и число стран-союзниц Египта. Став «королевой-матерью», Тэйе не собиралась выпускать из рук бразды правления. Царь союзного государства Митании, приветствуя нового фараона, советует ему справляться о международных делах у матери и сам просит вдовствующую императрицу оказывать влияние на сына. Едва ли Нефертити могла мирно ужиться со своей свекровью.

Ну а сам фараон? Был ли он мужем, о котором мечтает каждая женщина? Судите сами. Вот что пишет крупнейший специалист по этому периоду, выдающийся русский египтолог Юрий Яковлевич Перепелкин:

«Для правильного понимания переворота следует всегда учитывать то исключительное положение, которое Эхнатон занимал в государстве, положение, необычное даже для египетского царя. Подавляющее большинство изображений в вельможеских гробницах Ахетатона посвящено фараону. <...> Большинство молитв, начертанных в домах и гробницах, было обращено одновременно к солнцу и его “сыну”. В своем самообожествлении фараон далеко превзошел предшественников. Существовало особое жречество царствующего фараона. Во время царских выходов и царского служения солнцу присутствующие, от высших сановников до воинов и прислужников, стояли и двигались в мучительных положениях, согнув спину и задрав голову, устремив глаза на властелина. Даже главные жрецы прислуживали царю у солнечных жертвенников, согнувшись в три погибели. Можно было видеть, как сам верховный сановник бегал перед царской колесницей».

Вряд ли от живого бога, привыкшего видеть склоненные спины и слушать льстивые восторженные мольбы, можно ждать чуткости и такта в повседневной жизни.