Я сел за стол в ожидание первого подследственного, коим выступал некто Катышев Владимир Эдмундович. Учился он на столичном юрфаке, готовил себя в состоятельные адвокаты, летом наезжал в гости к любимой бабушке Милькиной Александре Алексеевне, бывшей подполковнице МВД, уволенной с почетом за выслугу лет. Внучок Вова был повязан во время спецрейда СБ у кинотеатра "Волна" с пятью дозами порошка, которым он предлагал первым встречным. На свою беду первым и он же последним оказался оперативный работник, маскирующийся под нового русского. По горячим следам будущий адвокат сказал, что прикупил "белую смерть" у столичной аптеки № 1. Да, для последующей перепродажи, поскольку считал, что у самого синего моря цены будут куда выше. Да, он студент и ему нужно выживать в условиях инфляции, плохо укрощаемой господином Гайдаром и его завлабовской командой. Да, он, Катышев, разумеется, во всем раскаивается и больше не будет. Потом, после встречи с любимой бабушкой, внук Вова принялся менять показания: мол, ничего не знаю и знать не хочу, я был не я, а наркотики в карман тиснули во время облавы неизвестные лица с гор Кавказа, ну и так далее. Понятно, что бывший мент Милькина стремилась освободить внучка от строгого и справедливого наказания и действовала по банальной схеме отрицания всего. Бабуля любит внука, тот любит дрянь и обоим никакого нет дела, что наркомания, будто армия, захватывает все новые плацдармы, удобные для общего вторжения на широкие евроазиатские просторы, где живет многолюдный народец, не до конца потравленный целебной водочкой, настоянной на цезии-237.