До чего же здорово, что встретились!

Очень лениво начало рассветать. Тусклое небо подымалось выше, освобождая место ясному дню; стали видны отдельные деревья, черный обрыв внизу у реки, дымки над поселком на той стороне и примятые кусты без ягод. Начиналось утро.

Медвежонок вскочил и боком-боком, оглядываясь и озорно сверкая желтыми глазками, побежал в гору, явно приглашая за собой Архыза. Тот вскочил и, пританцовывая, какое-то время бежал за Лобиком. Но когда Лобик остановился, чтобы перевести дух, Архыз, в свою очередь, запрыгал около него, сделал круг и побежал обратно, повизгивая от удовольствия, потому что Лобик принял приглашение и последовал за ним. Чуть погодя все это дважды повторилось, и стали ясными маневр и цель: каждый приглашал друг друга в гости, за собой.

Захваченный воспоминаниями, Лобик спустился вслед за собакой почти до самой реки. Уже виднелись дома поселка, какие-то звуки человеческой деятельности доносились сюда. Он двинулся было к воде, но вдруг пошел тише, еще тише, совсем остановился и, печально свесив тяжелую голову, стал следить за удаляющимся Архызом.

Собака остановилась раз, другой, словно спросила: "Ну, что же?" В поселке меж тем начался разномастный лай: там почуяли, наверное, зверя. И Лобик не сделал дальше ни шагу. А тем временем Архыз вспомнил, что дом остался без защиты, что хозяин может уйти, и это сразу отдалило его от Лобика и всех утренних приключений. Он еще немного повертелся на берегу, пока медвежонок оставался в поле зрения, а потом скакнул на камень, на другой, вылетел на тот берег, встряхнулся и, уже не оглядываясь, целеустремленным галопом помчался к дому. Лобик постоял на берегу, потоптался, моргая обиженно и часто, даже встал на задние лапы, словно сказал последнее "прости", и, медленно вихляя задом, пошел в свой распадок, где росли вкусные ягоды с начинкой из ваты.

3

Медведь, пожалуй, одно из немногих животных, который легко мирится с одиночеством.