Жукова — он даже через много десятилетий уделил этому эпизоду место в своих мемуарах «Воспоминания и размышления»!), но мобильность отрядов повстанцев была крайне ограниченной. И потому уже в марте 1921 г. красные приступили к планомерному разгрому «кулацко-эсеровских» армий Антонова. Правда, для разгрома 40 000 (весьма уловных и нередко сокращавшихся вдвое!) антоновцев Ленину и Троцкому потребовалось более 100 000 красноармейцев с артиллерией, бронетехникой, авиацией и боевыми отравляющими веществами.

Особенно ожесточенные бои между красными и антоновцами развернулись в конце мая 1921 г. в районе реки Вороны, населенных пунктов Семеновка, Никольское, Пущино, Никольское-Перевоз, Тривки, Ключки, Екатериновка и реки Хопер. Здесь антоновцы доблестно выдержали натиск безудержно восхваляемой большевицкими борзописцами за свою — якобы! — непобедимость кавлерийской бригады еще одного «красного дворянина» — Г.И. Котовского и 14-й отдельной кавалерийской бригады, в которой командиром 2-го эскадрона 1-го кавполка был Г.К. Жуков. Как он писал позднее в мемуарах, «…полностью уничтожить банду в то время все же нам не удалось».

Интересным представляется содержание «увещевательных» воззваний большевиков к восставшим крестьянам Тамбовщины. В них откровенная ложь причудливо смешана с презрением «нового человека» к «не своим», «не коммунистам» (то есть как бы и «не людям»). Вот, к примеру, приговор, вынесенный Кирсановской участковой политической комиссией населению Калугинской волости (вынести приговор всему населению волости для «великих экспериментаторов» — раз плюнуть!):

«1.В трудную годину, когда Красная Армия вела упорную борьбу с напавшими на нас белополяками и белогвардейскими войсками барона Врангеля, враги трудового народа затеяли нанести ей удар в спину, и им удалось в августе прошлого года поднять в Тамбовской губернии злодейский мятеж против власти Советов, вы поддержали этот мятеж»