Совершив эту нелепую покупку, он больше ею не интересовался. В его лаборатории наконец-то завершили большую работу по низкотемпературному биологическому разделению низкосортной нефти-сырца на фракции. Это означало, что законсервированные из-за низкой рыночной стоимости месторождения такой нефти можно начинать эксплуатировать, так как биологическое фракционирование оказалось намного дешевле химического. Метод запатентовали, и Чарли Уэйн вместе с тремя другими сотрудниками лаборатории, участвовавшими в этой работе, ожидал больших отчислений от нефтедобывающих компаний. Салли наконец-то была счастлива. Лишь одно мешало ее счастью быть полным - великолепный дом, предмет ее вожделений, принадлежал ей, но - увы! - в нем нельзя было жить. А главное, что все соседи, организовавшие союз в защиту своих прав, добивались сейчас в федеральном суде, чтобы дом снесли, весь верхний слой земли с участка срыли бульдозером и вывезли на свалку, а сам участок залили негашеной известью. Члены союза требовали, чтобы все эти работы новый владелец участка либо оплатил из своего кармана, либо уступил участок правительству, чтобы оно провело эти работы. Незаметно наступил ноябрь. Чарли Уэйн вдруг стал проявлять повышенный интерес к сводкам погоды, хотя раньше ими совершенно не интересовался. Однажды в пятницу вечером, услышав в вечерней программе новостей, что ночью на почве ожидаются заморозки, Чарли Уэйн подозвал жену и ликующе сказал:

- Собирай вещи, дорогая, завтра переезжаем в наш дом.

- Ты совсем рехнулся, да? К нему же ближе, чем на сотню ярдов не подойти, - нервно огрызнулась Салли, но глаза ее смотрели на мужа с надеждой.