Вопросами танковой техники в ту пору ведало Главное управление военной промышленности, которое поставило задачу изучить вопросы танкостроения и разработать новую модель советского танка. В 1924 году при Управлении создали техническое бюро, которое возглавил инженер С.П. Щукалов. Если раньше разработкой танковой техники занимались отдельные заводы, что не способствовало накоплению необходимого опыта, то теперь все работы сконцентрировались в одном центре. Армия требовала экстренных мер в оснащении броневых сил новой материальной частью, так как в строю находились устаревшие, предельно изношенные трофейные машины, к ним не было ни запчастей, ни вооружения. К апрелю 1925 года обеспеченность танков «Рикардо» 57-мм пушками равнялась 10%, а пушечные «Рено» вообще оказались разоруженными.

24 октября 1925 года в Мобилизационно-плановом управлении РККА прошло совещание по проблемам танкового строительства, систематизировавшее уже ведущиеся проектно-конструкторские работы. Решением совещания сворачивалось проектирование «позиционного» (тяжелого) танка, а все усилия концентрировались на создании «маневренного» и «малого» танков.

В 1927 году был наконец построен и прошел испытания легкий танк Т-16. После усовершенствования ходовой части он получил обозначение МС-1 — «малый сопровождения, образец первый». Решением Реввоенсовета от 6 июля 1927 года танк был принят на вооружение РККА. К этому времени единственный танковый полк Красной Армии располагал сорока пятью тяжелыми танками «Рикардо», двенадцатью средними «Тейлор» и тридцатью тремя легкими «Рено». Кроме того, в войсках имелось 54 бронемашины советского производства на базе автомобиля АМО Ф-15, сведенных в шесть автоброневых дивизионов.