И когда в выходные выезжали на газике к озерам или в лес за грибами, Игорь почти всегда был с ними. Господи, все помнится как вчера… а время летит, несет уже некоторых к границам жизни, вот у него всех самых близких и за эту границу перенесло. И самому уже тридцать девять, а Игорю было тогда… двадцать пять или двадцать шесть, значит, сильно за пятьдесят сейчас — конец службы идет.

От вокзала, сказали, всего десять минут езды.

По дороге он понял, это совсем другой город — не только очень разросшийся, но и со всеми претензиями на современный быт и блага: бутики с фирменными знаками, магазины красиво оформленные, ресторанные заведения… растяжки на их пути приглашают посетить концерт звезд московской эстрады.

И мимо места бывшего его родного дома проехали, где башня теперь стоит высоченная.

Наверно и лучше, что старого дома нет: неправильное что-то — увидеть вдруг окна, из которых он выглядывал, забравшись с коленками на подоконник, — пустые без него окна… живое внутри, никуда не ушедшее, не хочет сталкиваться с тем, что его уже нет.

Квартира служебная — большая трехкомнатная.

Положенная ему от предшественника, а тот был семейный.

Но что положено, то положено, и как сказал Игорь Петрович: «может, тут женишься скоро, семью, наконец, заведешь».

Еще сказал: «На знакомство в мэрию ехать не с кем сейчас. Мэр в отпуске где-то за рубежом, вице-мэр печень в губернской больнице от алкоголя лечит».

О делах решили поговорить часа через три у полковника в Управлении.

Виктор начал распаковывать чемодан.

В двух шкафах приятно обнаружилось большое количество вешалок.

Но успел воспользоваться только одной — в дверь позвонили.

Странно.

Еще более странно — женщина лет тридцати в модном брючном костюме.

Глаза интересные — темные, но вроде не карие, и цвет словно бы переменчивый.