Когда он подошел к воротам своего дома и увидел за ними дядю с горячей и пылкой лошадью, оседланной, с баклагой для воды, смотанным лассо и седельными сумками, аккуратно притороченными на своих местах, слабый холодок проник в его душу. Последствия его поступка как-то ускользали от его сознания. Но при виде лошади и озабоченного лица дяди он сразу вспомнил, что отныне он должен стать беглецом. Бессмысленная злоба охватила его.

- Проклятый дурак! - яростно воскликнул он. - Нет, дядя Джим, ничего особенного не произошло. Ну, встретились мы с Колом Бэйном, и он немного запылил мне сапоги, только и всего. И из-за этого я вынужден скрываться!

- Сынок, так значит ты... убил его? - охрипшим голосом спросил дядя.

- Да. Я стоял над ним - смотрел, как он умирает. Я совершил то, что он хотел сделать со мной.

- Так я и знал. Уже давно чувствовал, что дело к этому идет. Но нечего плакать теперь над пролитой кровью. Медлить нельзя. Тебе надо исчезнуть из города, да и вообще из этих мест.

- А мама? - воскликнул Дьюан.

- Ее нет дома. Ждать ты не можешь. Я постараюсь подготовить ее... к тому, чего она всегда так боялась.

Внезапно Дьюан сел на крыльцо и закрыл лицо руками:

- Боже мой! Дядя, что я натворил? - широкие плечи его задрожали.

- Послушай, сынок, и запомни, что я тебе скажу, - серьезно ответил старик. - Никогда не забывай этого. Тебе не в чем винить себя. Я рад, что ты так переживаешь случившееся, потому что, возможно, сердце твое еще не успело огрубеть и душа не зачерствела. И ты ни в чем не виноват. Потому что здесь Техас. И ты сын своего отца. Мы живем в дикие времена, сынок. Закон, который сейчас стараются установить рейнджеры, не может изменить жизнь сразу, в один присест. Даже твоя мать - добрая, честная женщина, - даже она несет свою долю вины за то, что ты стал таким.