II

Яркой и своеобразной духовной личностью был отец Петра I - царь Московской Руси Алексей Михайлович.

Для того, чтобы избежать упреков в намеренном искажении исторической перспективы я буду опираться на произведения последнего крупного историка западнического направления С. Ф. Платонова, горячего поклонника Петра I.

Царь Алексей Михайлович, по определению С. Платонова был "очень определенным человеком, с оригинальною умственной и нравственной физиономией.

Современники искренно любили царя Алексея Михайловича. Самая наружность царя сразу говорила в его пользу и влекла к нему. В его живых голубых глазах светилась редкая доброта: взгляд этих глаз, по отзыву современников, никого не пугал, но ободрял и обнадеживал. Лицо Государя, полное и румяное, с русой бородой, было благодушно приветливо и в то же время серьезно и важно, а полная (потом даже чересчур полная) фигура его сохраняла величавую и чинную осанку. Однако, царственный вид Алексея Михайловича ни в ком не будил страха: понимали, что не личная гордость царя создала эту осанку, а сознание важности и святости сана, который Бог на него возложил".

Привлекательная внешность отражала в себе, по общему мнению, прекрасную душу. Достоинства царя Алексея с немалым восторгом описывали лица, вовсе от него независимые, - именно далекие от царя и Москвы иностранцы. Один из них, например, сказал, что Алексей Михайлович "такой государь, какого бы желали иметь все христианские народы, но немногие имеют" (Рейтенфельс). Другой ставил царя "на ряду с добрейшими и мудрейшими государями" (Коллинс). Третий отзывался, что "Царь одарен необыкновенными талантами, имеет прекрасные качества и украшен редкими добродетелями: и он покорил себе сердца всех своих подданных которые столько же любят его, сколько и благоговеют перед ним" (Лизек). Четвертый отметил, что при неограниченной власти своей "...Царь Алексей не посягнул ни на чье имущество, ни на чью жизнь, ни на чью честь..." (Мейерберг).