— Привет. Как себя чувствуешь?..

Нинка демонстировала тяжело проходящую беременность — в кресло садилась тяжело, широко расставив колени.

«Может и впрямь так…»

Джабаров был мужчина плодовитый — платил алименты на троих детей — в Махачкале и в Тбилиси.

Люська это знала, поэтому первым условием их отношений поставила отсутствие даже самого намека на близость — ей хватало забот со своими двумя отморозками.

Нинка, наконец, села.

Иван — северянин, русак, приближенный Джабаровым из уголовников подошел к подоконнику, Муса и Эдик устроились на письменном столе.

— Сергей не появлялся?

Нинка не ответила, достала пачку сигарет «More». Закурила.

— Нет, так и не был.

Это был их второй визит.

Первый можно было считать чисто формальным — никто особенно не встревожился. Джабаров мог уехать, загулять, снова возникуть — также внезапно, как и исчезнуть, ничего никому не сказав.

На этот раз Нинка была настроена на проведение дознания:

— Когда ты его в последний раз видела?

Джабарова задумалась.

— Недели две назад? Может больше… Не помню.

— Он что-нибудь говорил?

— Да нет. Все, как обычно. «Шпана в кафе набивается…» «Вся арбатская шушера здесь…»

— Меня интересует его квартира.

— А что насчет квартиры?!

— Что там насчет развода? Выписываться думаешь?

Люська это уже проходила.

— Ты ведь знаешь, Нина! Если сейчас развестись, брак точно признают недействительным. А квартиру и деньги за нее отдадут государству. В казну…

Нинка внимательно взглянула на нее. Девочка была молоденькая, но, как говорится, «со сдвинутой крышей». От нее можно было ждать чего угодно.

— Мне точно известно: Сергея вызывали на Петровку…Ты в курсе?

— Мне он не говорил.

— Не темни.

— Абсоолютно.