Ими планировалось прикрыть не только Ленинград, но и Севастополь, Одессу, Владивосток и еще ряд портов, а также целое Белое море. Казалось, что в условиях подавляющего превосходства противника на море минно-артиллерийская позиция позволит если не предотвратить удары по важным экономическим центрам страны, то хоть значительно их ослабить. Построению и применению сил на этих позициях обучали в Академии, их отрабатывали на многочисленных учениях с начала 30-х годов. За это время выросло целое поколение советских флотских военачальников. Они уже просто не представляли себе, как можно воевать на море, кроме как «из окопа» минно-артиллерийской позиции. Кроме того, организация боя на позиции значительно легче, чем организация маневренного боя в открытом море. Впрочем, Великая Отечественная война почти не представила нам возможностей оценить отечественных флотоводцев в морском бою ни на позиции, ни без нее.

В результате целенаправленной оперативной и боевой подготовки к началу 40-х годов создание минно-артиллерийских позиций считалось обязательным, причем без какой либо увязки с реально складывающейся военно-политической обстановкой. И никого не смущало то, что, укрывшись за минными полями в Финском и Рижском заливах, мы как бы оставляли все остальное Балтийское море за противником. Может, совсем не случайно в планах отсутствует задача по завоеванию господства на море? Кстати, для Черноморского флота такую задачу нарком ВМФ поставил первым пунктом.

Естественно, никакие минные банки, выставленные несколькими подводными лодками и авиацией на такой сравнительно большой акватории, действия сил противника не парализуют. А какая альтернатива такой оборонительной стратегии? Реальная наступательная, когда силы флота проводят массовые активные минные постановки, блокируют базы противника и этим самым создают благоприятные условия своим силам для решения всех поставленных задач, тем более что речь идет о самом мощном отечественном флоте.