А ублюдок Толстяк издает жалобное "Тс-с... тс-с..." на волне такой частоты, которую очень легко заглушить.

И ваш друг Сан-Антонио начинает подумывать, не превратить ли ему торговца притираниями в паштет или в пельмени.

Я хватаю его за галстук и, придушив слегка, чтобы притормозить его сарказм, говорю ему тоном, не допускающим возражений:

- Ты, клизма, замолчи, или то, что от тебя останется, может испариться!

Он мгновенно умолкает, и лицо его принимает такой же прекрасный зеленый цвет, как его настойки на папоротнике.

- Теперь рассказывайте,- говорю я Толстухе.

Если бы Берта могла отшлепать меня по заднице, она бы не колебалась! Ее выпуклый взгляд напоминает вывеску магазина оптики.

- Не стоит разыгрывать из себя огородное пугало,- говорит она мне.- Альфред прав: все вы (и она указывает на своего супруга и на меня одновременно), легавые - мастера на язык. Но что касается дела... Вы знаете, что со мной случилось?

- Я вас об этом спрашиваю уже десять минут, дорогая мадам!

Она проводит своим чудовищным пальцем по усам, слегка одергивает юбку, укладывает на место выскользнувшую сиську и начинает рассказывать, облизывая жирные губы, чтобы смазать слоги:

- В понедельник я пошла по магазинам и, в частности, зашла в магазин Коро...

- Именно так,- лает Толстяк, желая придать достоверность утверждениям своей потаскухи,- я только что проверил, продавщица со второго этажа, очаровательная блондинка...

- Помолчи, кретин! - говорит Берта. Берю тут же накладывает шов на свой рот. Баба-гаубица продолжает:

- Я уже выходила из магазина тканей и прошла арку, когда какой-то мужчина, довольно приличный, но не говорящий по-французски, попросил меня следовать за ним в его машину.

- Как вы поняли то, что он вам сказал, если он не говорит пофранцузски?

Предплечьем она приподнимает как можно выше правую сиську, потом опускает ее, что производит шум, подобный шуму сброшенного с высоты шесть тысяч метров мешка с мукой для снабжения продовольствием оказавшихся в изоляции людей.