- Ни малейшего! - подтверждает ББ.

- Эти мерзавцы вас усыпили по пути туда, но на обратном пути они вам лишь завязали глаза... Слушайте меня внимательно, Берта. Слава Богу, что вы исключительно умная женщина!

Ну вот, готово! Ее сиськи начинают играть и вздыматься. Я продолжаю ей безбожно льстить, слишком хорошо зная, что лесть оборачивается сторицей. Чем человек глупее, тем легче его околпачить, убеждая в том, что он Феникс (бесплатная реклама для страховой компании "Феникс").

Доброй китихе уже не сидится на месте, и от этого рессоры машины стонут, как подвергнутые истязанию рабы.

- И, поскольку вы обладаете исключительным умом, мы можем обратиться к методу дедукции. Следуйте за моей мыслью и развивайте ее. Если вас привезли в этот парк, то, вероятно, дом, в котором вас держали в заключении, находится где-то недалеко. Вас бы не усыпляли в Мэзон-Лаффите, чтобы везти в Венсенский лес, не так ли?

- Это сама очевидность,- соглашается мадам Берюрье, которая склонна к припадкам ярости.

- Прекрасно...

На заднем сиденье Толстяк храпит, как вертолет, набирающий высоту.

In petto (13) я говорю себе (по-латыни, заметьте), что у него, наверное, полипы, которые следовало бы удалить немедля.

- Дорогая Берта, мы сейчас проведем с вами первый эксперимент.

О какая же она сладострастная! Взгляд, который она бросает на меня, уже сам по себе изнасилование.

Эта женщина, распахивающая целину мужских плавок, покорена моим превосходством, моей личностью и моей смазливой физиономией. Я уверен, что она отдала бы свой нож для разрезания торта с ручкой из чистого серебра за ночь любви со мной. И была бы права.

Попытайтесь-ка провести ночь любви с ножом для торта, прежде чем бросить в нее первый камень.

- Говорите! Говорите! - умоляет она.

Просто удивительно, как возбуждение преображает лицо женщины. Если бы она весила на сто килограммов меньше, она была бы почти желанной.