Хотя понятие «культура», интуитивно понятно без определений, его очень сложно сформулировать сколь-нибудь строго. Ясно лишь, что культура — продукт воспитания и образования (в широком смысле слова); примативность есть нечто врождённое. У культурного человека первобытная мотивация подавлена воспитанием, и заменена требованиями законов и обычаев общества. Однако она может себя проявить в случаях, когда законы или обычаи ситуацию не определяют жёстко, оставляя какую-то свободу; под влиянием алкоголя, сильных душевных переживаний. Эти проявления тем чаще и сильней, чем выше примативность. Давний спор о физиках и лириках был по сути, спором о примативности.

Примативность скорее коррелирует с эмоциональностью, чем с культурой. Ведь инстинктивные программы, обнаружив совпадение внутренних сигнальных признаков с какими-то факторами внешней обстановки, порождают соответствующие эмоции, и высокопримативный человек им охотно подчиняется. Низкопримативный человек, даже испытывая те же по силе эмоции, способен поступать им вопреки.

Уровень примативности, как и ранговый потенциал, в основном детерминирован генетически и условиями внутриутробного принимает как сигнал к началу иерархической атаки; встреча же с чем-то (или кем-то), явно его превосходящим, вызывает у такого паралич воли и гнусное заискивание.

Чем выше врождённая примативность ребёнка, тем больше требуется педагогических усилий для воспитания культурного человека; в следующем поколении всё повторяется снова. У такого культурного человека, чья культура достигнута только колоссальными педагогическими усилиями, могут родиться на редкость некультурные дети, ибо база осталась прежней. Новорождённый ребёнок, конечно же лишён разума, и поэтому живет одними инстинктами независимо от уровня врождённой примативности, но вскоре этот уровень начнёт проявляться.