Мы все же не лоренцовские гусята, которые всю жизнь ходят за подушкой, как за гусыней, если им эту подушку показать сразу после вылупливания из яиц. Точней: только каждый пятый-шестой — такой вот гусенок, а у остальных решает судьбу что-то другое или многое, вместе взятое…
Чем же отличается первая любовь ото всех последующих и как на них влияет? Она первая, в этом весь сказ, хотя порядковый номер и ничего не значит, ибо всякая любовь, если она любовь — первая и последняя, именно эта любовь — ее не было еще никогда и больше не будет… Не в первости самой по себе дело, а в том, каков человек в момент встречи с любовью — насколько открыт или закрыт, проявлен или непроявлен, защищен или незащищен, развит или не развит. Мне известны случаи любви, которая оказывалась первой и у людей за семьдесят, верьте, я не шучу — воистину, любви все возрасты покорны, и в два года бывает любовь, и даже у годовалых…
Все это таинственно и романтично, но я сейчас приведу довольно-таки прозаическую медицинскую аналогию. Представьте, что вы первый раз в жизни заболели — допустим, корью. Если не было прививки, болезнь может протекать и в легкой, и в средне-тяжелой, и в очень тяжелой, смертельно опасной форме…
Болезнь по имени любовь тоже, по себе знаю…
А болезнь по имени Первая Любовь обрушивается на самую открытую душу, самое неопытное тело, самый наивный ум…
У вас нет еще иммунитета против нее, кроме, может быть, каких-то врожденных выживательных защит, как-то: эгоизма, присущего каждому, способности переключаться и забывать…Если вы от первой любви так ли, эдак ли выздоравливаете, то в близком подобии с тем, что происходит на уровне тела, в душе у вас могут примерно с равной вероятностью возникнуть два состояния. Одно назовем иммунитетом, а другое — подсадкой сродни наркотической. Если иммунитет, то вы уже более или менее защищены от повторения в будущем отрицательных сторон вашего первого опыта — но увы, и положительных тоже! — и если в дальнейшем опять наступите на грабли, то это будут уже грабли другой конструкции, другой фирмы…