В этом месте нашего изложения уместно будет сделать небольшое отступление и привести одно верное замечание Энтони Саттона, вообще-то довольно робкого и поверхностного исследователя связей большевиковрусофобов с воротилами Уолл-стрита: "Чем был мотивирован союз между капиталистами в большевиками? Лучше всего это можно объяснять усилением глобальных империалистических амбиций у финансистов с Уолл-стрита.

Несколько крупневших банковских магнатов, возглавляющих американские метакорпорации, всегда стремились приспособить для своего обслуживания огромный русский рынок, превратить его в векую разновидность колониального придатка, технологически отсталого и зависимого. Были ли эти банкиры в душе большевиками? Конечно, нет. Тузы финансового интернационала не исповедуют ни одну политическую идеологию. Их действия мотивированы исключительно жаждой безграничной власти над всеми и вся, а посему они готовы использовать любые политические средства для достижения своей цели…

Государственную власть всех стран необходимо социализировать, чтобы затем установить над нею сверхконтроль со стороны международных финансистов".

О сверхвластных амбициях интернационального капитала предельно кратко поведал и директор Английского банка Монтегью Норман: "Гегемония мировых финансистов призвана управлять миром. Как единственный наднациональный контрольный механизм". Вероятно, нет нужды пояснять, что словосочетание "контрольный механизм" означает как раз бесконтрольную, ничем не ограниченную власть интернационального капитала, позволяющую беспрепятственно грабить мировые богатства.

В мае 1974 года на страницах вестника уже упомянутого