Оглянувшись на парня, который скорчил нетерпеливую гримасу, рыжая предприняла еще одну попытку:

– Может, все-таки возьмете? – Робко спросила она.

– Извините. Вы же слышали. Приходите завтра.

– Хорошо, я приду завтра. – Закивала она. Длинная огненная челка упала на лоб, занавесив дерзкие глаза. Она нетерпеливо отвела ее тонкой рукой. – Можете зарегистрировать их завтрашним числом, но, умоляю, оставьте их сегодня у себя! Я не успею сейчас занести их домой, а если возьму с собой на дачу – обязательно потеряю. Вы только проверьте, там все в порядке. Пусть полежат до утра, хорошо?

Я посмотрела на ее жалобно скривившиеся губки, потом перевела взгляд на симпатичного мальчика у двери и… согласилась. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что Наташа Петрякова – так звали рыжую – не обманула, ее документы действительно были в полном порядке. Я отложила их в сторону и взяла свою сумку.

Наташа, сверкнув напоследок счастливыми глазами, поблагодарила меня, подбежала к своему парню, схватила его за руку и потащила за собой к выходу. Он благоразумно не сопротивлялся: бедолага сразу понял, что в противном случае рукав его рубашки придется вшивать заново.

Вот это энергия! – Подумала я с улыбкой, оставшись одна в пустой аудитории. Закрыв все окна и в последний раз осмотревшись, я вышла и заперла дверь на ключ.

В коридоре я неожиданно столкнулась с Софьей Николаевной, спешащей мне навстречу.

– Ты уже закрыла? – Спросила она, слегка запыхавшись.

– Да. Вы что-то забыли?

– Проездной. Купила сегодня, а в сумку не положила. Ну, ладно, давай ключ, я потом сама сдам на сигнализацию.

Я кивнула, подумав, что сейчас она непременно заметит на моем столе синюю папку Петряковой, но сделать уже ничего не могла и отдала ключ. Махнув рукой на возможные неприятности, я направилась своей дорогой.