«людей, стоящих на весьма низкой ступени цивилизации, мы находим нечто близкое к совершенному социальному состоянию». А последние 7 строк книги звучат прямым вызовом аристократической и капиталистической Англии: «У нас крупный землевладелец имеет законное право обратить свое поместье под лес или под охотничьи угодья и согнать всех живших в нем людей. В столь густо населенной стране, как Англия, где каждый акр имеет своего владельца или жильца, подобное право есть не что иное, как право истреблять своих ближних, и существование его еще раз доказывает, что мы находимся в состоянии варварства». Подобные мысли Уоллес высказывает и в ряде других своих книг, особенно в прекрасной книге «Чудесный век, его успехи и ошибки» (1898 г.; есть русский перевод). Исполненный глубокой веры в могущество человеческого разума и с энтузиазмом приветствуя завоевания науки и техники, сделанные в девятнадцатом столетии, он бичует социальное неравенство, приведшее значительную часть человечества в нищенское состояние. В книге «Человеческий прогресс в прошлом и будущем» он резко протестует против перенесения принципов дарвинизма в человеческие отношения. В конце концов под влиянием идей утопического социалиста Беллами Уоллес сам превратился в такового и развил деятельную пропаганду в пользу законодательного совершенствования социального строя. Наиболее очередной и радикальной мерой он считал национализацию земли и в книге «Национализация земли» (1882 г.) разработал собственный проект наиболее, по его мнению, безболезненных мер проведения этой реформы. Объединив вокруг себя единомышленников, Уотлес основал даже Общество национализации земли, председателем которого был избран. Более радикальных мер он, однако, не предлагал и по своему социальному мировоззрению остался утопическим мелкобуржуазным мечтателем, а не человеком дела и истинным революционером, каким был в области биологии.