- Кто? - не сразу понял Арман-Луи.
- Черт возьми, ну конечно же, м-ль де Сувини!
- Адриен?
- Да, Адриен!
Арман-Луи зашелся от гнева. Он сходу придумал предлог, который мог дать повод ссоре с приятелем.
- Послушай-ка, господин маркиз, - крикнул он. - Почему вы позволили себе назвать мадемуазель де Сувини по имени?!
- Велико ли дело! Просто я его знаю.
- Ну это уж слишком! Только два человека могут называть мадемуазель де Сувини по имени: господин де Шарней и я.
- Да ладно вам, эта привычка вполне может распространяться и на её соседа, даже если он не родственник.
- Учтите, я этого не потерплю!
- Но почему я должен церемониться, из-за прихоти гугенота? Что ж...
Он не успел договорить фразу, потому что Арман-Луи стремительно налетел на него и атаковал. Драка была долгой, упорной, яростной, слышались лишь восклицания г-на де Шофонтена.
Несмотря на боль, усталость, вконец измученные, они продолжали драться, Рено с ухмылкой, Арман-Луи ожесточенно, хотя оба задыхались.
- Значит, мадемуазель де Сувини созрела для замужества?! Прекрасная мысль! - клокотал Арман-Луи. - И кто же это собирается жениться на ней в наших краях?
- Черт побери! Да я знаю двадцать дворян, которым могла прийти в голову эта идея! - улыбался г-н де Шофонтен.
- Двадцать - это цифра, вы назовите имена!
- Имена? Ну так, прежде всего, я!
- Ты?!
И драка возобновилась, более жестокая и упорная, более долгая, грудь в грудь, сцепившись руками. Арман-Луи не отступал, Рено не собирался поддаваться. Удары сыпались один за другим. Арман-Луи был бледен, как смерть, Рено - красен, как огонь.
- Видали лакомку! - задирался маркиз, всегда скорый на колкости. Прехорошенькая кузина - его собственность! На вот тебе, еретик чертов!.. Он, видите ли, не хочет, чтоб на неё смотрели!.. Глаза-то есть, куда их девать, презренный гугенот? Ты не получишь девушку, ты будешь получать только удары. На, держи, гнусный кальвинист! Вот парочку для начала! Положи её в шкатулочку, свою Адриен, но учти - это не помешает одному славному дворянину, моему знакомому, обратить её в другую веру... Мерзкий безбожник, ад по тебе плачет...!