Семидесятилетний генерал, чья квадратная голова и тяжелая фигура стали известными всей Германии, Гинденбург олицетворял собой ту прусскую военную касту, которая, собственно, вместе с Бисмарком и во главе с Мольтке-старшим породила Германию. Людендорф, консервативный политик, обладал особым талантом — никто в Европе не был более гибок в плане военной стратегии. Особенно если рядом находился пятидесятидвухлетний Людендорф, лучший стратег и тактик этой войны. Всегда опрятно подстриженные усы Людендорфа, возможно, и скрывали растущий двойной подбородок, но никто не мог соперничать с быстротой его ориентации и оценки в ходе великой мировой битвы, где долгое затишье периодически переходило в спазматическое движение. (Мемуары обоих генералов превосходно передают их характер, и трудно не оценить ясность мысли и маневра, независимость характера Людендорфа.) Это было лучшее, что могла породить германская армия, — происходившие из одних мест аристократ Гинденбург и сын торговца Людендорф. И если осажденная Германия и держалась, то во многом потому, что верила в гений этих генералов.

Их приход во главу Oberste Heeresleitung (OHL) — Верховного командования германской армии — в конце 1916 г. ознаменовался прежде всего отказом от тупого натиска на Верден, где, конечно же, гибли сотни тысяч французов, но где и германская армия теряла свою лучшую кровь.

Людендорф предупредил министерство иностранных дел, что условием мирных переговоров должно быть признание Россией ассоциации Польши с центральными державами: Финляндией, Эстонией, Ливонией, Молдавией, с Восточной Галицией и Арменией. Предполагалась реорганизация русской системы коммуникаций с германской помощью, финансовая поддержка русской реконструкции, установление тесных экономических отношений, расширение торгового товарооборота, поставки Россией на льготных условиях зерна, масла и пр. Если русские представители выразят опасение в отношении японской интервенции, Германия предоставит России необходимые гарантии. В дальнейшем Германия заключит с Россией формальный союз