- Как это человек в здравом уме может быть против науки? - спросил Кросби.
- Я бы уже давно умерла, если бы не пенициллин, - сказала Хэзел, - и моя мама тоже.
- Сколько же сейчас лет вашей матушке? - спросил я.
- Сто шесть. Чудо, правда?
- Конечно, - согласился я.
- И я бы давно была вдовой, если бы не то лекарство, которым лечили мужа, - сказала Хэзел (К. Воннегут, Колыбель для кошки).
Меньше всего мы бы хотели иронизировать над успехами той же научной медицины, действительно спасшей множество человеческих жизней. К сожалению, наука также привела к появлению очень эффективных способов эти жизни отнимать.
Над чем бы ученые ни работали, у них все равно получается оружие (там же).
Самое же главное - это невозможность уйти от вечного вопроса:
Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? (от Матфея 16:26).
Для того, чтобы создавать лекарства и транзисторы, необходимо мыслить и понимать, а понимание науки как раз отсутствует в широких массах. (Мы употребляем слово "мыслить" в обыденном смысле; в то же время, один из наиболее влиятельных современных философов, М. Хайдеггер, полагал, что сила науки как раз в том и состоит, что она не имеет никакого отношения к мышлению.) Мысля, человек с неизбежностью натыкается на "вечные" вопросы о природе пространства, времени, жизни и т.п. - как раз те вопросы, которые традиционно рассматривались в различных религиозных системах. К тому же, попытки полностью изгнать субъективный "человеческий фактор", забыв о том, кто исследует мир, не могут быть успешными даже чисто логически.