Блез Паскаль (1623-1662)

Иначе расставленные слова обретают другой смысл, иначе расставленные мысли производят другое впечатление.

Красноречие — это живописное изображение мысли; если, выразив мысль, оратор добавляет к ней еще какие-то черточки, он создает не портрет, а картину.

Мы браним Цицерона за напыщенный слог, меж тем у него есть почитатели, и в немалом числе.

Иные люди отлично говорят, но пишут из рук вон плохо: обстановка и доброжелательные слушатели разжигают их ум и заставляют его работать живее, чем он работает без этого топлива.

Порою, подготовив речь, мы замечаем, что в ней повторяются одни и те же слова, пытаемся их заменить и только портим — настолько они были уместны; это знак, что все надо оставить как есть: пусть себе зависть злорадствует, она слепа и не понимает, что порой повторение — не порок, ибо единого правила тут не существует.

Подумайте: а зачем даны годы жизни тех, кого я предлагаю цитировать?

Не для того ли, чтобы вы могли сказать: «Еще четыреста лет назад известный французский мыслитель (философ, писатель, политик) говорил...» и дальше пойдет выученная вами цитата.

Еще лучше, если вы не преминете заметить:

— Как вы знаете, еще четыреста лет назад известный вам Блез Паскаль сказал...

И пусть девяносто процентов слушателей впервые слышат это имя от вас — поверьте, они промолчат, ибо каждому хочется считать себя образованным и умным человеком, а многим почему-то (какой странный пассаж — почему-то!) неудобно признаваться в собственной необразованности и неловко спросить: а кто такой этот Блез Паскаль и чем он знаменит?

Проведите психологический опыт, спросите своих знакомых, нет ли в их библиотеке учебника по ораторскому искусству известного оратора Индии Нянаждихаша.

Запишите их ответы.

Сколько человек задаст вопрос: а кто он, собственно, такой — Нянаждихаш?