«The Samurai's Wife» 2000, перевод А. Шманевского

Девятьсот лет назад город назывался Хэйан-Кио, то есть Столица мира и спокойствия. Он был основан как резиденция японских императоров. Со временем реальная власть перешла от императоров к сёгунам, те переехали далеко на восток, в Эдо, и город стал называться Мияко, впоследствии — Киото, то есть просто Столица. Но тени прошлого преследуют настоящее. После столетий кровопролития, военных режимов и сломанных судеб, вечных конфликтов, забытых тайн и старинных угроз император и его двор все еще существуют...

Теплая летняя ночь окутывала сад. В темноте над цветочными клумбами и гравиевыми дорожками неподвижным балдахином нависали кроны кленов, ив, вишневых и сливовых деревьев. Шедший вечером дождь прекратился; сквозь прозрачные облака светила полная луна. В неподвижном пруду отражались звезды. Посередине пруда на острове, поросшем замысловато искривленными соснами, стоял на каменных сваях деревянный павильон. В доме горела лампа, белый круглый фонарик перечеркивала оконная решетка.

К западу от сада виднелись жилые здания, церемониальные постройки, служебные помещения, склады и кухни; черепичные крыши поблескивали в призрачном лунном свете. В проходе между двумя постройками появился высокий человек средних лет. Это был Левый министр. Держа фонарь, он шел к каменному мостику, ведущему на остров. В деревянном доме должна была состояться тайная встреча.

Мелькали огоньки светлячков, казалось, влажный воздух приглушает их яркость. Журчал небольшой водопад; квакали лягушки. Пение сверчков и стрекотание цикад вплетались в многоголосую симфонию звуков. Фонарь отбрасывал причудливую тень. Левый министр был одет в старинном имперском стиле — в широкие штаны и короткую куртку с фалдами, волочащимися по земле. Из-под широкополой шляпы белело болезненное лицо с изогнутыми бровями и надменным носом. Ступив на тропинку меж бамбуковых деревьев, министр улыбнулся от предвкушения, глубоко вдохнул ночной воздух и прибавил шагу.