В астрагали Римской капители можно разобрать каменный рудимент тех бронзовых астрагалей, которые, надо полагать, были у греков, о чём свидетельствуют места для них, оставленные в греческих капителях, что особенно понятно в капителях памятника Лизикрата. Несмотря на любовь греков к бессмысленным деталям, всё таки трудно допустить форму вреза, которую мы там видим (рис. 74) как самодовлеющую.

Как бы то ни было, разбирая греческие детали, мы всегда должны считаться с тем обстоятельством, что до нас нигде не дошли наружные металлические части конструкций, раз¬ворованные позднейшими обитателями. Без них же мы не можем представить точной карти¬ны греческой архитектуры.

Некоторые мои опыты указывают, что и такая форма, как каннелюры, могла получиться как результат деформации тех гранёных столбов, на которые указывает Витрувий. Чрезвы¬чайная сложность технического осуществления некоторых из таких форм, совершенно не выкупаемая эффектом этого усложнения, делает такое предположение весьма вероятным. (См. рис. 4, 7, 8, 11 и 12).

Кроме того, в египетской архитектуре мы, действительно находим эти гранёные столбы Витрувия. В до¬вольно многочисленных примерах такого рода встречается обделка стол¬бов на 4, 8, 16, но так же и на 6, 12, 20 гра¬ней, то есть число этих граней соответствует чи¬слу греческих каннелюр. Рассмотрим один из таких столбов во дворе Тутмеса III в Карнаке. По¬верхность самих граней иногда плоская, но чаще слегка вогнута наподобие каннелюр. Таким образом, мы от плоской грани до ярко выраженной каннелюры греков имеем непрерывный ряд.

Хотя, как уже было замечено, деформация горизонтального сечения в цилиндрических столбах про¬исходит как линейная функция расстояния от центра, в столбах же призматических, как то показали мои опыты, таким образом, что приближает многоугольное сечение к кругу, но это относится только к телам вполне однородным При разнородном матеpиале явление несколько сложнее.