Греки использовали это обстоятельство, чтобы обратить некоторых из них в христианство. Это дало возможность византийским чиновникам включить в заключительную часть договора фразу: «Мы же, елико нас хрестилися есмы, кляхомся церковью святого Илье в соборней церкви…» Приведенная фраза указывает на действие (крещение), которое произошло недавно и продолжалось в настоящий момент. Для идолопоклонников, обожествлявших грозу, присяга во имя Ильи была более понятной, чем присяга во имя Бога в трех лицах. Обращение к Илье облегчало им перемену веры. «Некрещеная русь» поклялась обнаженным оружием от имени Игоря и «от всех бояр и от всех людий от страны Руския». Составленный опытными византийскими дипломатами договор 944 г. предусматривал возможность принятия христианства «князьями», остававшимися во время переговоров в Киеве. Заключительная формула гласила: «Аа иже преступить се (договор — Р. С.) от страны нашея (Руси. — Р. С.), ли князь, ли ин кто, ли крещен ли некрещен, да не имут помощи от Бога…»; преступивший договор «да будет клят от Бога и от Перуна».

Надежды Византии на близкое крещение Руси не оправдались. Принятие христианства оказалось для русов делом длительным и трудным. Князь Игорь вскоре же погиб. Его вдова Ольга решилась переменить веру лишь много лет спустя после смерти мужа. Автор «Повести временных лет» записал предание о том, что Ольга приняла крещение от императора Константина Багрянородного в Константинополе в 955 г. Однако летописный рассказ пронизан фольклорными мотивами. Если верить летописи, немолодая Ольга произвела на императора столь сильное впечатление, что тот предложил «пояти» ее в жены. Мудрая Ольга отвечала: «Како хочешь меня пояти, крестив мя сам и нарек мя дщерью?» Отказав «жениху», русская княгиня «переклюкала» самого царя.

Константин VII Багрянородный упомянул о приеме «архонтесы Елги»… Но не знал христианского имени Елены-Елги, а следовательно, княгиня оставалась язычницей во время свидания с ним в 957 г. Состав русской свиты наводит на мысль, что Ольга нанесла визит императору как частное лицо. В ее окружении не было послов от наследника Святослава, игоревых племянников и от конунга Свенельда. «Слы» из свиты Ольги получали столько же денег, сколько ее переводчики, что точно отражало их положение на иерархической лестнице.