Многие баварцы по-прежнему с недоверием и завистью относились к «пруссакам» и не прочь были бы при первой возможности от них отделиться. Огромные потери и лишения, понесенные всеми немцами в годы Великой войны, да и само поражение в войне эти «бело-голубые» (названные так по цветам баварского государственного флага) сепаратисты склонны были приписать «прусскому милитаризму», пытаясь снять с Баварии всякую ответственность за разжигание войны (приписываемое Антантой исключительно германской стороне) и заодно попытаться «полюбовно» договориться с державами-победительницами, избавив Баварию от необходимости участвовать в выплате Антанте колоссальных репараций. Поэтому не является случайным то обстоятельство, что именно баварская столица Мюнхен, наряду с Килем, стала одним из первых очагов революционного пожара.

       Еще 2 ноября 1918 г. (за неделю до «официальной» победы Ноябрьской революции в Германии!) огромная толпа, состоявшая в основном из солдат нестроевой службы и деклассированных элементов, во главе с лидером «независимых социал-демократов» Куртом Эйснером (Соломоном Космановским), чья парламентская фракция составляла в баварском ландтаге (земельном парламенте) меньшинство, совершила нападение на расположенные в Мюнхене армейские казармы.

       Любопытно, что в числе сторонников Курта Эйснера был и юрист Ганс Франк, ставший при Гитлере ведущим нацистским правоведом, министром без портфеля и генерал-губернатором Варшавы, установившим в покоренной германскими нацистами Польше режим жесточайшего террора и повешенный за свои преступления по приговору Нюрнбергского трибунала (впрочем, и другой видный сторонник Гитлера - «главный антисемит» Третьего рейха и издатель газеты «Дер Штюрмер» Юлиус Штрейхер - был в молодости социал-демократом, а третий - будущий Президент Народного суда гитлеровской Германии - Роланд Фрейслер - успел в юные годы побывать в России красноармейцем, политкомиссаром и чекистом - пока не был по линии Коминтерна заслан в Германию, где, поразмыслив, перешел в ряды нацистов)!