Гоша молчал, теребя себя за нос.

- Что молчишь? - раздраженно прервал паузу Олег.

- Думаю, где эти три тыщи достать. Ты когда летишь?

- В шесть вечера.

- Зайди завтра часиков в двенадцать ко мне домой. Будут тебе деньги.

- Спасибо. - Олег поднялся.

Слегка опоздавший самолет скатился с высоты в южную черную ночь и побежал по освещенным плитам посадочной полосы, чуть подпрыгивая на швах. Самолет подрулил прямо к аэропорту, и Олег, спустившись по трапу, кинул свой умело не сданный в багаж круглый баул с колесиками на бетон и, пиная, погнал его к выходу.

Олега встречали. Рыже-розовый (рыжие волосы изрядно поредели, и проглядывала розовая плешь) добрый молодец под пятьдесят и черноволосый южный красавец с усиками чуть помоложе. Добрый молодец растопырил руки для объятий и заорал:

- Олежка, старый черт, приехал наконец!

Обнялись, расцеловались. Красавец почтительно пожал руку Олегу:

- Счастлив приветствовать вас, Олег Александрович.

- Здравствуйте, Эдуард.

- Ты, случаем, чемодан свой в багаж не сдавал? - обеспокоился добрый молодец. - А то еще часа полтора ждать придется!

- Знаю я ваши порядки, - ворчливо заметил Олег и кивнул на баул. Все свое ношу с собой... На футбол завтра пойдем?

- А как же! - заорал Сергей. - Что мы такое без футбола, Олежек?!

- Ну, и как ваши сыграют?

- Э-э-э! - издал безнадежный крик Сергей и махнул рукой, а Эдуард улыбнулся тонко и изрек идиотский, навязший на зубах футбольный афоризм:

- Мяч круглый.

- Ну, а все-таки?

- Не порти настроения, Олег! - взмолился Сергей. - Так все хорошо: ты приехал, старую дружбу вспомнил, радость нам доставил. Зачем же о неприятном?

Олег рассмеялся и решил:

- Тогда поехали.

Стадион был набит битком, но Олег, Сергей и Эдуард сидели вольготно: их устроили в хитрой ложе. Трибуны гудели, трибуны ревели, трибуны попеременно рыдали от восторга и горя. Мяч в сетке! Мяч в сетке! Гол! Их было семь.