Петр Кропоткин

Хлеб и Воля

ПРЕДИСЛОВИЕ К НОВОМУ ИЗДАНИЮ

Более двадцати пяти лет прошло с тех пор, как я писал эту книгу, главным образом имея в виду социальный переворот во Франции. Поколение, принявшее участие в основании Первого, Рабочего Интернационала, и деятели Парижской Коммуны, уцелевшие после разгрома, доживали тогда свой век; и видя кругом себя полное торжество реакции, они теряли веру в возможность социалистического революционного движения.

Мысль о социальной революции продолжала жить лишь среди бланкистов–сторонников централизованного, государственного коммунизма — и среди горсти анархистов из Первого Интернационала, которые твердо держались основных начал безгосударственного анархического коммунизма, или коллективизма. Эти мысли — т. е. наше понимание мер, которые сможет принять община, освобождающаяся от цепей капитала и государства, — я постарался оформить и изложить в этой книге.

Конечно, я не воображал, чтобы было возможно набросать точный план общественной перестройки.

Но я думал, что необходимо изложить такой план в общих чертах, чтобы революционеры могли задуматься над громадными задачами, которые возникнут перед социальною революциею.

В Испании мысли, изложенные в этой книге, сразу приобрели сочувствие рабочих. <Завоевание хлеба> (так была озаглавлена эта книга)

Но реакция в Европе все усиливалась. Социал–демократы всех стран учили рабочих, что отныне, при высоком развитии государственных сил, революция невозможна — пока <концентрация капитала> не уменьшит в громадной мере числа капиталистов и не уничтожит мелкой промышленности и мелкой торговли.

Эти учения брали верх. Вера в близость социальной революции все более угасала, и дело дошло до того, что даже среди наших друзей начали говорить, что бесполезно рассуждать о формах, которые может принять социальная революция. <Когда она еще придет? Быть может, через двести лет!> - говорили некоторые.



1 из 242