И о приходе хуннов в Прикаспий есть упоминания географа Дионисия Периегета около 160 г. и Птолемея в 175-182 годах. Но этого так мало, что даже возникло сомнение, не вкралась ли в тексты этих авторов ошибка переписчика [27]. Однако такое сомнение неосновательно, ибо автор VI века Иордан, ссылаясь на "древние предания", передает версию, проливающую свет на проблему [28].

Король готов Филимер, при котором готы во второй половине II века появились на Висле, привел свой народ в страну Ойум, изобилующую водой. Предполагается, что эта страна располагалась на правом берегу Днепра [29]. Там Филимер разгневался на каких-то женщин, колдуний, называемых по-готски "галиурунами", и изгнал их в пустыню. Там с ними встретились "нечистые духи", и потомки их образовали племя гуннов. Видимо, так и было. Хунны, спасшиеся от стрел и мечей сяньбийцев, остались почти без женщин. Ведь редкая хуннка могла вынести тысячу дней в седле без отдыха. Описанная в легенде метисация единственное, что могло спасти хуннов от исчезновения. Но эта метисация вместе с новым ландшафтом, климатом, этническим окружением так изменили облик хуннов, что для ясности следует называть их новым именем "гунны", как предложил К.А. Иностранцев.

Такая радикальная перемена в образе жизни и культуре - явление естественное [30]. Хунну и гунны - пример этнической дивергенции. Последняя следствие миграции, а на новом месте пришельцы не могут не вступить в контакт с соседями. Но контакты бывают разными.

Аланы, жившие между Нижней Волгой и Доном, встретили хуннов недружелюбно. Однако во II-III веках хунны, постепенно становящиеся гуннами, были слишком слабы для войн с аланами, потрясавшими даже восточные границы Римской империи. На берегах Дуная их называли "рокс-аланы", то есть "блестящие", или "сияющие аланы". В низовьях реки Сейхун (Сырдарья) жил оседлый народ хиониты, которых китайцы называли "хуни" и никогда не смешивали с хуннами.