В Пасху 2005 года мне довелось вести репортаж из Иерусалима на канале НТВ. В телесценарии я увидел поразительную строчку: «Передача в ХХС БО из ХГГ». В переводе на человеческий язык: «Передача в Храм Христа Спасителя Благодатного Огня из Храма Гроба Господня». Птичий язык для птичьего отношения к излагаемому: пролетел «над материалом», поклевал информационные зернышки, изрыгнул их в сюжете и тут же полетел делать следующий «материал»…

— Может ли Церковь сказать, что под ее сводами не гнездятся пороки?

— Всякий грех в Церкви не есть грех Церкви, но грех против Церкви

Кроме того, в эпоху высокотехнологичных сплетен (ТВ плюс Интернет) Чайковский становится интересен не своим «Щелкунчиком», а своим «диванчиком»

— Есть ли в Православной Церкви псевдосвященнослужители?

— Число подлецов в рясах во всех веках стабильно, и это число евангельское: каждый двенадцатый.

— То есть этого пугаться не надо?

— Надо бояться одного — чтобы самому не оказаться иудой. Есть понятные правила выживания в Православной Церкви. Если ты видишь беззаконие других церковных людей, то воспринимай это как предостережение для себя самого. Если тебе не нравится, что происходит в Церкви, стань сам церковным человеком и попробуй в себе изжить все неправильное. Когда говорят: «я вижу, что в Церкви есть плохие люди, и поэтому не буду церковным человеком», — это все равно, что сказать: поскольку я вижу, что бывают люди, у которых есть проблемы со зрением, то я возьму и сломаю себе ногу. Если человек остается вне веры, вне Церкви, он занимается медленным членовредительством самому себе.