Парадокс этой ситуации состоял в том, что передо мной сидели молодые особы в длиннополых манто (в зимнюю стужу помещение отапливалось из рук вон плохо). Стоимость одной такой шубы могла бы покрыть обучение всего курса в течение года или более. Когда я робко намекнул на это противоречие, девушки сначала смутились, а потом каждая принялась объяснять, на какие средства, очень нелегко добытые, сделано это дорогое приобретение. Выяснилось, что многим пришлось подолгу жить в режиме жесточайшей экономии, выпрашивать деньги у родителей, залезать в долги. Одна даже призналась, что вынуждена была сдавать кровь. И все это для того, чтобы выглядеть богато! Именно выглядеть, производить впечатление, которое ничего общего не имеет с действительностью. Впрочем, и самой девушке дорогая шуба помогала повысить самооценку, почувствовать себя увереннее и свободнее.

В нашем подсознании твердо укоренилась установка: финансовая состоятельность неразрывно связана с личностной состоятельностью. В нашем представлении (пускай и безотчетном) хорошо одетый человек — это хороший человек, а плохо одетый — скорее всего человек никчемный. И сами мы всеми силами стремимся соответствовать этой установке, не попасть в разряд ничтожеств. Иногда такое стремление принимает просто забавные формы, например когда по оптовому рынку в поисках трески подешевле дефилирует дама в норковом манто.

Часто мы не задумываясь отказываем в достоинствах человеку, который неброско и явно недорого одет, и преувеличиваем достоинства человека, одетого «с иголочки». Чтобы не попадаться на эту удочку, попробуйте создать мысленный образ человека не в том костюме, в каком он предстал перед вами, а совсем в другом — в ватнике, в шинели или, напротив, в смокинге или бальном платье. Если эта воображаемая деталь никак не вяжется с его обликом, то, наверное, перед вами действительно истинный облик. Но может и сразу стать очевидно, что первое впечатление было торопливым и предвзятым. Графа Толстого, приехавшего на премьеру своей пьесы в крестьянском тулупе, швейцар не впустил в тульское дворянское собрание. Слишком сильное действие оказал на него так называемый эффект ореола. Не будем же уподобляться наивному швейцару!