Серая студенистая масса, неохотно цепляясь за борта, полезла на дно воронки, которая уже на половину была заполнена такой же гадостью. Кузов вернулся на свое место и рабочие принялись скоблить по нему лопатами, отдирая остатки химических отходов от железа. Вонь была ужасной, она пробивалась через респиратор и я отошел от воронки. На этом операция не кончилась. Машина отошла на метров сто, к кромке мертвого леса, где рабочие как по волшебству, достали шланги из черных бугров блестящей земли и начали мыть машину.

- Куда стекает вода? - мычу я дяде Федору.

- А...

- Куда вода стекает?

- Так там низина... Она туда и уходит, наверно в речку...

- Речка то далеко.

- Все равно туда... Ей в землю то не войти, корка над землей... Вот она и туда...

Ничего себе. Они этот полиол растворили и фактически он уйдет в большую реку.

- А нельзя мыть машину у ямы?

- Нельзя, гореть плохо будет.

- А как же вы в дождь и снег? Вода то наверняка попадет в воронку.

- Конечно... Но при поджоге этого говна, разгоняем верхнюю воду и то что под ней палим. А там огонь разгорается и вода испаряется.

- А хорошо этот материал горит?

- Хорошо, только коптит очень. Дым нехороший... Вон, все блестит вокруг, как стекло..., это от этого дыма. Зато яма выгорает за сутки...

Вдруг забибикал автомобиль. К нам по дороге на полной скорости несся знакомый мне газик. Он лихо подкатил к нашей группе. Дверца приоткрылась и показалось знакомое лицо Виктор Владимировича. Он зажимал нос рукой.

- Андрей Николаевич, кончай эксперимент, поехали на завод, там тебя генеральный ищет.

- Иду, сейчас из летучки вещички возьму.

В машине начальник цеха принялся меня ругать.

- Ты что, с ума сошел, поехал в этот могильник. На тот свет раньше времени хочешь отправиться?

- А как же рабочие, они там?

- Рабочие давно больны, они уже списаны. Твой предшественник, уважаемый Георгий... нанюхался тоже, теперь помирает от этой заразы в больнице. Не хватало нам еще одной смерти...