- Вы вроде начали проверку цехов, - продолжает тем временем генеральный, - продолжайте дальше. Я в курсе дела, а за то, что вы решились в городе на замену пяти насосов одним, выпишу вам премию. За находчивость.

Ишь ты, все знает, уже доложили...

- Это временная мера.

- Конечно. Кто то из великих сказал. Ничего нет постоянного, кроме временного.

Директор улыбнулся, довольный своей охинееи.

- Таким образом, - подвел он итог, - занимайтесь своим делом. Свалка отходов теперь не ваша...

Я понял, что пора уходить.

Когда пришел домой, то его не узнал. Катя навела порядок, она убрала пыль и грязь, вымыла все, что могла. На столе стоял ужин, прикрытый полотенцем.

- У нас сегодня праздник? - спросил я.

- Нет. Нельзя же жить в хламе.

- Правильно.

Я устало присел на стул.

- Говорят, тебя повысили, - осторожно спросила Катя.

- Да, теперь я ИО. Пока главный энергетик болен, буду заменять его по полной катушке.

- А ты бы съездил к больному, поговорил бы с ним...

- Хорошая мысль. Завтра постараюсь пораньше вырваться... и к нему.

- Это правда, что генеральный директор сделал тебе выволочку, за то, что ты съездил на свалку?

- И это знаете. Почти правда, но итог беседы очень странный, эту свалку он от меня отобрал.

- Как это?

- Так. Приказом, передал в хоз цех.

- Почему? Что за этим стоит?

- Не знаю.

- А там страшно?

Я понял о чем она спрашивает.

- Да. Это ужасно.

- Неужели дирекция ничего не может сделать?

- Сделали. Отдали свалку в другие руки.

- Я не про это.

- Я понимаю о чем ты говоришь, но пока не могу разобраться ни в чем...

На следующий день, после работы я поехал в городскую больницу, чтобы повидаться с Григорий Павловичем. Длиннющая пятиэтажка разместилась перед обильным кустарником, изрезанным пешеходными дорожками, занимающим почти пол гектара площади. У главного хода, несколько машин скорой помощи. У больницы и в ней полно народа. С трудом пробился к регистратуре.